«Я мог умереть? Это чудовищная ложь». Как сейчас поживает Расмус Эльм

Двукратный чемпион России ушел из ЦСКА из-за тяжелой болезни, а теперь начинает карьеру заново в Швеции.

«Не думаю, что я настолько уж интересен. Ничего особенного во всем этом деле, по-моему, нет», — говорит Расмус Эльм. Он смирился с тем, что о его болезни и так все судачат, но в командах Эльма – будь то сборная Швеции или «Кальмар», — никто за исключением медицинского штаба не вдавался в детали. Все видели, что Расмусу привозят специальную пищу, расстраивались, когда он внезапно выбывал из строя, но лишними вопросами не донимали. Так хотел сам Эльм: «Есть вещи, про которые лучше никому не знать».

Узнать всем о страшной истории Эльма пришлось сразу после чемпионского сезона ЦСКА-2013/2014, второго подряд. Золотой матч с «Локомотивом» стал последним для Расмуса в составе армейцев. На ЧМ-2014 сборная Швеции не поехала, а в межсезонье хроническая непереносимость клейковины начала добивать Эльма. Проблемы с пищеварительным трактом давали о себе знать еще в АЗ, а теперь Расмус исходил кровью при физических нагрузках; он и так отказывался от основных злаков и мучных изделий. Его вес еще быстрее пошел на убыль, а вместе с ним – силы. Иногда обострение забывалось, Эльм возвращался к тренировкам, но организм привык к лекарствам, найденными врачами ЦСКА, и снова взбунтовался. Эльм вздыхал: карьера – не самая важная часть жизни, есть еще и семья.

В большую Европу Расмус по-хорошему должен был мигрировать еще из АЗ. Шесть миллионов евро, отваленных ЦСКА (да, такое бывало), Эльм отрабатывал так, что Леонид Слуцкий называл его «возможно, лучшим», с кем работал в ЦСКА. Хавбеков такого ума и рассудительности, замешанных на шведской стати и неуступчивости, в РФПЛ не видели давно.

К концу 2015-го от того Эльма мало что осталось. Вернблуму в центре поля начали подбирать новую пару, два миллиона евро зарплаты Расмуса при нуле матчей не слишком радовали руководство ЦСКА, а сам Эльм вместо «Реала» или «Барселоны» цеплялся за шанс избежать инвалидности. В новогодние праздники контракт с ЦСКА был расторгнут: оставаться в Москве значило страдать от целиакии дальше.

«Когда долго болеешь, рано или поздно это влияет и на твое сознание, — признается Эльм. — Мне нужно было уехать, чтобы избавиться от всего это стресса. Я и правда был подавлен. В русском обществе витает раздражение, а это для меня было не оптимальным. Раз я хотел что-то поменять, то меняться нужно было в том числе и ментально». Возвращение в «Кальмар» было только в далеких планах. До тех пор Эльму нужно было придти в себя, обосноваться в родной Швеции и прислушаться к себе в скандинавской тиши.

Как казалось в России, медиа по большей части сочувствовали Расмусу, но шапки на пол-полосы в шведских газетах, обилие «правды об Эльме», бесконечные требования выдать, что же с ним происходит, — все это доканывало Расмуса. И сообщения о вероятном конце карьеры – еще не предел. «Все это чушь собачья, но мне пришлось с этим свыкнуться». «Приведете пример?», — допытывается у Эльма журналист Expressen Маттиас Люр. «Когда говорили, что я могу умереть». Люр уточняет, что принадлежат эти слова Евгению Гинеру: «Если Эльм позволит себе где-то когда-то играть, то как минимум рискует стать инвалидом, как максимум может умереть». «Неблизкие ко мне люди, с которыми я и не знаком, будут уверять вас: Расмус умрет, если вернется на поле. Это чудовищная, ужасная ложь», — злится Эльм.

Эльм не хочет описывать, как протекала его болезнь в начале 2015 года, ясно одно – он все-таки не умирал. Расмус посчитал честным заключить контракт с «Кальмаром» только до лета 2016-го: если здоровье не улучшится, то мучить других и себя ни к чему. «Тестовый период», как называл перезапуск карьеры в «Кальмаре» сам Эльм, не разочаровал. Тренер команды Петер Сварт восторгался отвагой Эльма, радовался, как организм реагирует на нагрузки, но не спешил сразу бросать своего потенциально лучшего игрока в пекло. «Расмусу с его характером важно, чтобы с ним не сидели и не расспрашивали обо всех деталях – мы и не расспрашиваем, — говорит Сварт. — При этом он всегда с нами честен. Будет чувствовать себя хорошо – будет в «Кальмаре». Тренировки – единственное, что сейчас двигает его вперед».

Когда в «Кальмар» на рекреацию прибыл Расмус, там играл его младший брат Давид (болью в желудке в детстве они страдали вместе, целиакия у Эльмов – наследственное), а в марте пришел еще и старший Виктор. 18 июля Расмус впервые за год вышел на поле. В матче с «Фалкенбургом» ему дали 20 минут, оба брата к тому моменту уже были на поле.

Первой игры Эльма в старте пришлось ждать еще два месяца: с «Хальмстадом» (снова победа) его заменили за те же 20 минут до конца. Заголовками газет Расмус мог быть доволен.

«Кальмар» по весне побеждал действующих чемпионов «Мальме», а в итоге не без труда уберегся от вылета. К концу года Расмус наскреб двенадцать матчей – ни одного полного, зато в контрольных матчах сейчас выдерживает все полтора часа. Да, в невысоком темпе, да, восстановление занимает больше времени, чем у товарищей, но прогресс очевиден. В феврале Эльм забил победный мяч в Кубке Швеции – со штрафного, как он умеет; одним из лучших на поле Расмус был, когда «Кальмар» выбивал «Эльфсборг», четвертую команду Швеции. В сезоне-2015 «Кальмар» ни разу не выигрывал в дух встречах подряд, а теперь уже дошел до четвертьфинала Кубка.

В прошлую субботу Эльм провел третий матч за две недели без замен. В таком графике он не выступал уже два года, а теперь выслушивает вопросы о поездке на Евро-2016. Нет, об этом Расмус не думает, с тренером Эриком Хамреном не разговаривал, а сейчас просто радуется, что снова играет в футбол.

«Расмус получает время, которое ему необходимо, — рассуждает коллега Маттиаса Люра по Expressen Томас Вильбахер. — В умиротворенной обстановке, в клубе, где он начинал карьеру, ему постепенно становится лучше. Сейчас Расмус уже начинает показывать отличную форму, и, кажется, он еще обретет прежние физические кондиции. Когда – непонятно, но уж как минимум к старту сезона в шведской лиге, то есть к апрелю».

«Если я буду готов на сто, да даже на девяносто процентов – окей, — говорит Эльм. — Но вообще-то верхняя планка для меня – 110 процентов, а цель – стать еще лучше, чем раньше».

matchtv.ru