Вскрытие по Рамосу

Александр Тарханов в блоге на Sports.ru рассуждает о природе стремления к самосовершенствованию, объясняя, зачем Хуанде Рамосу Элвер Рахимич, какую роль в команде будет играть Ника Пилиев и благодаря кому в команде есть такой защитник, как Сергей Игнашевич.

Хуанде Рамос в ЦСКА. Понятно, что для победы в чемпионате, для командного строительства, для… Ну и для прочего. А вот среди прочего Рамос, вспоминая его «Севилью», раскрывал игроков. В ЦСКА он уже наверняка заглянул в глаза Мамаеву с Пилиевым, и он обязательно увидит их многогранность, но не менее интересна и грядущая работа Рамоса над корифеями армейских побед, над теми, кто, в общем-то, уже сложен временем. Рахимич вот с чего-то вышел в стартовом составе против «Вольфсбурга». Достигший, кажется, потолка, Рахимич… Когда-то Йохан Кройф призывал на тренировках «Барселоны» совершенствовать технику… Стоичкова и Ромарио. Тренеры-максималисты озабочены этими вопросами не менее, чем разработкой «кантеры» (cantera – питомник, в футбольном контексте – молодежный состав).

Интересно, что максималист увидеть футболиста по-новому не торопится, он приглядывается и выжидает. Только у закоренелых и шаблонных специалистов путь от сформировавшегося перед знакомством мнения до окончательного вывода не занимает «лишнего» времени.

Естественно, когда ты приходишь в новую команду, осматриваешься, то подспудно вешаешь на людей ярлыки: вот он-то «не мой», и вряд ли он вытеснит того, кому вкладывать свою систему игры не нужно, потому что она в какой-то степени и его внутренняя система тоже. А если кто-то не заиграет, то «будем работать на трансферном рынке». А эта возможность не у всех имеется – у меня ее тоже, как правило, не было. Имею в виду финансово затратную деятельность по приобретению готовых мастеров. Так что ярлыки с игроков я привык быстренько снимать.

Рамос уже там что-то озвучивает по будущим приобретениям, однако не хотелось, чтобы ЦСКА при нем работал исключительно на результат одного-двух лет. Поэтому он обречен на правку ведущих футболистов команды, из которых каждый со своей мотивацией, каждый уже имеет возможность сравнивать класс тренера, и любая несостыковка, будь то характеры или игровые модели, может дорого обойтись как игроку, так клубу и, соответственно, главному тренеру. Им, искушенным подопечным, обязательно нужно давать что-то интересное. Развивающее.

Скромный пример. Тимур Джабраилов, мой подопечный по «Тереку», на тот момент 32 лет от роду, достался мне от Ваита Талгаева, у которого он не всегда проходил в состав. Посмотрев на парня, я сразу безо всякой дипломатичности ему выдал: «Ты играешь как во второй лиге». После занятий он подошел ко мне и уточнил: «А почему вы так сказали?» «Потому что крайний защитник, борющийся за выход в премьер-лигу, должен выбирать позицию и не терять ее, крайний защитник в моей команде должен уметь создавать атаку, крайний защитник не имеет права закрепощать себя примитивным «отдай ближнему»…» – аргументировал я свой выпад. Тимур выслушал и произнес: «Я хочу этому научиться».

Эта фраза для меня сродни волшебной. Желание порой творит чудеса, так что отказывать в таком случае не в моих правилах. Вскоре закрепощенный и шаблонный Джабраилов, выжигавший поле, потея не от беготни, а от боязни ошибиться, стал принимать мой тренировочный процесс, кропотливо и внимательно вбирать новые упражнения по координации техники. А чтобы дать игроку ход в реальных матчах, я вывел его из сугубо защитных функций, к которым он привыкал годами, и озадачил созиданием по всей бровке. За 13 матчей, что я был в «Тереке», Тимур отдал четыре голевые передачи, забил два гола, а нынче носит капитанскую повязку и вполне надежно закрывает даже зону опорного хавбека. В 36 лет.

Пример нескромный. Татарчуку¸ Брошину, Дмитрию Быстрову, Василию Иванову и другим армейцам славного поколения в 94-м году (мой приход в ЦСКА в качестве главного тренера) было поменьше (Брошину – столько же). Но то было именитое поколение, с психологией победителей и некоторого даже превосходства, дошедшее до определенной точки мастерства и не смотревшее на дальнейший прогресс серьезно. Моя же система подразумевала движение вперед, и я перед ребятами поставил новые требования в тренировочном процессе и моделировании игры. Формально они все выполняли, но в душе – отмахивались. «Чему нам еще учиться?..» – это был коллективный вопрос-ответ последних чемпионов Союза. Заметьте, как игроки они полностью соответствовали моему видению, чего не скажешь о том же Джабраилове. Но более талантливые остановились в росте, а менее – вышли на новый уровень. Да, свое сказали и финансовые проблемы начала 94-го, но в первую очередь еще не состарившимся ветеранам не хватало профессионального стремления.

Не сомневаюсь, что другой творец победы 91-го года Дима Кузнецов воспринял бы новую ситуацию иначе. Да и к Татарчуку и Ко я бы нашел подход за полгода, если бы был безысход. Ведь по своей футбольной сути весь тот ЦСКА Павла Садырина был идеологически для меня желанным, и четверка ветеранов, двоих из которых уже нет в живых, в том числе мне подходила безо всяких вопросов. Однако в бой рвалась талантливая поросль во главе с Радимовым и Хохловым, которые были «сырыми» и зверски мотивированными одновременно. Возвести во главу угла опыт я в той ситуации не имел права. Так, официальное фото ЦСКА изменилось в главных лицах, и не самые узнаваемые на тот момент люди впоследствии стали более профессиональными игроками, нежели ряд их «золотых» предшественников.

И еще о профессионализме. Валерий Лобановский в своей книге «Бесконечный матч» критически отзывается о некоторых советских футболистах, уехавших на Запад и посчитавших свою карьеру состоявшейся. В том числе подобное касается Александра Бородюка. Однако нынешний тренер сборной России вместе с Виктором Онопко является для меня эталоном профессионализма, на уровень которого отрицательно не влияют ни победы, ни прочие обстоятельства, то повышающие мотивацию, то ее понижающие.

Если Татарчук к 28 годам уже всего достиг, то 34-летний Онопко, приехавший в Россию после долгого пребывания за границей и сразу зарекомендовавший себя одним из лучших полузащитников страны, осознал, что ему еще есть в чем прибавлять, и с интересом принимал мои рекомендации по улучшению техники. И это в 34 года. И это один из лучших наших игроков за десятилетие. Капитан сборной! Профессионализм все-таки в первую очередь – это самосознание, а не умение поставить рекорд выигранных единоборств или перебежать всех на стометровке.

Бородюк по сей день остается человеком, который каждый день ищет что-то новое. Вот уж на кого будет интересно взглянуть как на главного тренера. Саша в возрасте за тридцать пахал на тренировках моих «Крыльев» наравне со всеми, и во многом благодаря ему, переквалифицировавшемуся в либеро, мы нынче имеем такого защитника, как Сергей Игнашевич.

Игнашевич сегодня сам в роли Бородюка, а рядом с ним Щенников. И Рахимич вновь выходит в стартовом составе, а на подмогу/обкатку к нему прикрепляется Пилиев. Рамос должен что-нибудь создать и помимо коллективной отдачи.

Александр Тарханов, sports.ru