Споют ли шведы на Красной площади?

С приходом двух этих футболистов ЦСКА может не тревожиться за опорную зону — там теперь сооружена надежная стена для пресечения атак любого соперника.

На сборе в Испании Расмус Эльм и Понтус Вернблум все время держатся вместе. Даже человек, который видит их впервые, сразу поймет — хорошие друзья. Но насколько здорово они знают друг друга? Вот ваш корреспондент и решил это проверить, предложив шведским армейцам не просто совместное интервью, а своеобразный тест.

— Поступим следующим образом: Понтусу я буду задавать вопросы о Расмусе, Расмусу — о Понтусе, предлагая каждый раз три варианта ответов. Вы можете выбрать один из моих, а можете предложить свой собственный, четвертый. При этом тот, о ком спрашивают, запишет на листе бумаги правильный вариант, и если он совпадет с тем, что назван партнером, то отвечавший получит очко. Правила ясны?

Вернблум: — Да. Забавно может получиться. Уверен, что выиграю.

— Если так уверены, то с вас и начнем. Вот скажите, что, по вашему мнению, Расмус больше всего любит в футболе: а) забитые им голы; б) отданные результативные передачи; в) предоставляемую спортом возможность стать знаменитым?

Вернблум: — Думаю, он сейчас выберет «б», чтобы заработать висты у ваших читателей, но на самом-то деле Расмус, как и любой другой футболист — кроме вратарей, конечно, — больше всего на свете любит забивать.

Эльм: — Если честно, я как раз не могу определить, какой из предложенных Понтусом вариантов мне больше по душе. И забивать приятно, и отдавать.

— Тогда получается, что счет стал 1:0 в пользу Вернблума. Расмус, а что больше всего в футболе любит Понтус: а) жесткую силовую борьбу; б) сорванные атаки соперника; в) полученные на нем желтые карточки?

Эльм: — Первые два варианта, как мне кажется, взаимосвязаны, ведь для срыва атак соперника нужно идти в жесткую силовую борьбу. Так что я объединил бы одно с другим.

Вернблум: — Вот и проиграл, потому что я написал вариант «в» (хохочет).

Эльм: — Да этот Понтус просто жулик! Вы думаете, он правду написал? Нет! Надо же — схитрил, чтобы выиграть.

— Тем не менее очко вы не зарабатываете, а я призываю, во-первых, писать правду, иначе у читателей сложится о вас превратное впечатление, а во-вторых, выбирать один вариант, а не два. Продолжим: Понтус, кого ваш друг Эльм считает лучшим футболистом всех времен и народов: а) Ибрагимовича; б) Макманамана; в) Месси?

Вернблум: — Конечно, Месси. Какие могут быть сомнения?

Эльм: — Это был слишком простой вопрос!

— Тогда и вам такой же: кого лучшим считает Понтус: а) Пеле; б) Марадону; в) Кройфа?

Эльм: — Стоп, а почему в этом списке нет Месси?

— Уверены, что он и у Понтуса — лучший?

Эльм: — Даже не сомневаюсь!

— Понтус, это правда?

Вернблум: — Ну конечно! Месси действительно номер один в мире.

— Сильнее Пеле и Марадоны?

Вернблум: — Пеле я не видел, Марадону практически тоже, а Месси — вот он, перед глазами.

— Тогда вам, Понтус, вопрос позаковыристее: кого из соперников по чемпионату России Эльм считает лучшим игроком: а) Это’О; б) Широкова; в) Чельстрема?

Вернблум: — Интересный у вас список. Дайте подумать. Наверное, все-таки Это’О.

Эльм: — Понтус опять прав.

— А кого сам он считает лучшим: а) Диарра; б) Денисова; в) Чельстрема?

Эльм: — Этот список еще круче. Пожалуй, он выберет Денисова.

Вернблум: — Угадал!

— А что сделает Расмус, если очень захочет пробить штрафной, но партнер тоже будет настаивать на этом: а) станет партнера переубеждать; б) просто отодвинет его в сторону; в) отдаст мяч и отойдет?

Вернблум: — О, это вопрос с двойным дном!

— Почему?

Вернблум: — Потому что в ЦСКА он наверняка попробует партнера переубедить, а вот в сборной провернуть подобное с Ибрагимовичем невозможно — проще спокойно отойти.

Эльм: — Я написал вариант «а».

— Значит, счет по-прежнему в пользу Понтуса — 4:2. Вам, Расмус, надо догонять! Вопрос: если игрок соперника уходит от Вернблума к вашим воротам, Понтус: а) врежет ему по ахиллам; б) будет пытаться догнать; в) остановится и станет клясть себя последними словами? Естественно, вы, как и в любом вопросе, можете предложить свой вариант.

Эльм: — А где это происходит: в центре поля или уже у штрафной?

— Для большего драматизма будем считать, что у штрафной.

Эльм: — Тогда врежет.

— А если в центре?

Эльм: — Тогда он его догнал бы.

— Понтус, что скажете?

Вернблум: — Скажу, что Расмус, видимо, насмотрелся российских телеканалов или начитался ваших газет, которые считают, что если речь идет о Вернблуме, то не надо и сомневаться — костолом. Но в целом он прав: если речь идет об угрозе воротам, соперника надо останавливать. Засчитайте Эльму очко. Да и вообще: мне только кажется, что вопросы для него сложнее или это так и есть?

— Не думаю. Но если вы так печетесь о друге, тогда вот вам вопрос на двоих: что каждый станет делать, будучи не согласен с тренерским решением: а) попытается объясниться и доказать свою правоту; б) ничего не скажет, а просто станет выполнять указание; в) такой ситуации просто не бывает?

Вернблум: — Надо выбирать между первым и третьим вариантами. Пусть будет так: Расмус попытается объясниться, но в самой корректной форме.

Эльм: — Да он меня читает, как книгу! Уверен: прежде чем выполнять непонятную тренерскую установку, Понтус все обязательно уточнит.

— Непонятную или такую, которую считает неверной?

Эльм: — А в чем принципиальная разница? Понтус вообще любит во всем доходить до сути.

Вернблум: — Это самый простой вопрос обо мне.

— Что ж, счет 5:4. Попробуем еще раз разные вопросы — точнее, разные варианты ответов. Понтус, что готов будет сделать Расмус, если ЦСКА победит в чемпионате России: а) даст 15 больших интервью за три дня; б) пострижется наголо; в) откажется от отпуска?

Вернблум: — От отпуска Расмус никогда не откажется, можете даже не предлагать. И волосы ни за что не сбреет. А вот 15 интервью за три дня — непросто, конечно, но не смертельно. Думаю, на это он пойдет.

Расмус: — Пойду, пойду.

— А на что после той же победы пойдет Понтус: а) перестанет жевать табак…

Эльм: — На это он не согласится никогда в жизни! Вы, кстати, пробовали эту гадость?

— Я? Нет.

Эльм: — И не пробуйте никогда! Но Понтус без нее не Понтус.

— Хорошо, тогда еще варианты: б) отрастит бороду; в) согласится спеть на Красной площади?

Эльм: — Уверен, что ради чемпионства Понтус пойдет и на то, и на другое. С усами я его, кстати, видел. Думаю, борода тоже ему пойдет.

Вернблум: — Плюс очко! При этом не сомневаюсь, что Расмус споет со мной — это вообще не проблема.

— Расмус, споете?

Эльм: — Легко.

— Ловлю вас на слове: если ЦСКА выиграет чемпионат, «СЭ» выступает организатором вашего совместного концерта на Красной площади!

Эльм: — Стоп-стоп-стоп! Речь шла о том, чтобы просто спеть — откуда взялся концерт?

— Ладно, договариваемся об одной песне. Думаю, что это будет We are the champions. Но идем дальше.

Вернблум: — Давайте все-таки одинаковые вопросы — так честнее.

— Каким качеством, имеющимся у партнеров по ЦСКА, вы хотели бы обладать в первую очередь: а) скоростью Мусы; б) чувством юмора Василия Березуцкого; в) здесь я все-таки разделю варианты: для Понтуса — пасом Эльма, для Расмуса — неуступчивостью Вернблума?

Вернблум: — Думаю, от такой скорости, как у Мусы, ни один футболист в мире не откажется. Расмус — не исключение.

Эльм: — Как и Понтус.

— А теперь посмотрим ваши бумаги: и там, и там вариант «а». 7:6 ведет Понтус.

Эльм: — Один раз сжульничал, и никак его не догнать!

— Что же делать, если вы так хорошо знаете друг друга? Следующий вопрос: К концу предсезонных сборов что или кого не хочется видеть больше всего? а) тренера по физподготовке; б) опостылевший номер в отеле; в) журналистов?

Вернблум: — Конечно, вариант «а»! Мне уже сейчас его не хочется видеть (смеется). Расмус, тебе тоже?

Эльм: — Ну, на таких вопросах я не отыграюсь!

— А что вы, Понтус, будете делать, если Паулино Гранеро переведут текст этого интервью?

Вернблум: — Он и так знает, как мы ненавидим его во время сборов.

— А вот общий вопрос, на который я не стану давать варианты ответа: кто самый непредсказуемый футболист ЦСКА?

Вернблум: — Нет уж, сачковать не надо — предлагайте варианты!

— Хорошо: а) Дзагоев; б) Думбья; в) Секу.

Вернблум: — Назову Думбья.

Эльм: — А вот и не угадал — я написал Секу! А вот ты, уверен, — Думбья!

— Смотрим. Счет действительно сравнялся — 8:8. Значит, пора переходить к нефутбольным вопросам.

Вернблум: — Одинаковым?

— Пусть будут одинаковые. Вот такой, например. В выходные ваш друг предпочтет пойти: а) в кинотеатр; б) в ночной клуб; в) в магазин за покупками для жены?

Вернблум: — Даже если он не хочет этого, все равно придется отправиться в магазин.

— Это так, Расмус?

Эльм: — Увы. Но я уверен, что и Понтус написал то же самое.

— Проверим. Действительно.

Вернблум: — Хотелось бы, конечно, в ночной клуб, но приходится писать правду…

— Вы что, оба — подкаблучники?

Эльм: — Считайте, что да. Тем более что это интервью может прочесть не только Паулино. Наши жены — тоже (смеется).

— Вам бы в шахматы играть — так здорово считаете возможные последствия своих ходов. Но вот вопрос попроще: оставшись дома в выходной, ваш визави проведет время: а) за книгой; б) в интернете или за игровой приставкой; в) в хлопотах по хозяйству, потому что жена так велела?

Вернблум: — Последний вариант вы только что добавили? Нет, все должно иметь пределы, поэтому я думаю, что Расмус как настоящий мужчина остановился на варианте «б».

Эльм: Проявляю солидарность, предлагая Понтусу тот же вариант.

— Проверяем записи… Ну как с вами можно проводить какие-то игры? Вы уже, похоже, договорились на ничью. И тем не менее еще одна попытка вбить клин: назовите любимое место вашего друга в Москве: а) магазин ИКЕА; б) ресторан скандинавской кухни; в) Ватутинки?

Вернблум: — Думаю, что у Расмуса это аэропорт — в тот момент, когда он садится в самолет, отправляющийся в Швецию (хохочет).

Эльм: — На эту провокацию отвечу достойно: у Понтуса любимое место — Ватутинки.

Вернблум: — Вообще-то я написал собственный вариант: мне больше всего нравится остаться дома и играть в видеоигры из предыдущего вопроса.

Эльм: — Но и я не написал то, что ты предложил. Я тоже люблю свой дом.

— Чувствую, вы начинаете подтасовывать ответы, поэтому предлагаю последний вопрос. Решающий! Итак: если лет эдак через двадцать сын Понтуса предложит руку и сердце дочери Расмуса (оба хохочут), ваш оппонент: а) станет отговаривать свое чадо; б) будет так рад, что возьмет на себя все расходы по свадьбе; в) вообще не станет вмешиваться в ситуацию?

(Оба, не дослушав варианты, синхронно поднимают листы бумаги с одинаковой надписью: «No!»)

— Что такое? Вы разве не друзья?

Эльм: — Да мы не то что друзья — мы почти одна семья, но у меня растет умная дочь — она разберется, за кого надо выходить замуж, а за кого — не стоит (смеется).

Вернблум: — Я хочу, чтобы у меня в семье вырос отличный футболист. А для этого ему через двадцать лет не нужно отвлекаться на подобные вещи!

— Что же, наша игра закончена, я фиксирую боевую ничью и желаю, чтобы победы вы оставили для футбольного поля.

Вернблум: — Спасибо, было очень забавно. Но я бы выиграл, если бы не поддавался.

Эльм: — Ага-ага, господин шулер!

Редакция «СЭ» благодарит переводчика ПФК ЦСКА Максима Головлева за помощь в подготовке этого материала.
sport-express.ru