Леонид Слуцкий: «Знал, что на старте нас будет «колбасить»

После победы над АИК главный тренер ЦСКА рассказал о неоднозначном старте сезона и насущных делах команды.

БУДЬ Я БИБЛИОТЕКАРЕМ…

— Начнем сразу с глобального, Леонид Викторович. Почему команда неудачно начала сезон? И за счет чего удалось переломить ситуацию и провести ряд успешных — как по результату, так и по качеству игры — матчей?

— На самом деле я прекрасно понимал, что начало получится непростым. Разве что итог игры с «Амкаром» (1:3 и два удаления у армейцев. — Прим. «СЭ») стал неприятной неожиданностью.

— А почему вы ждали трудностей?

— Межсезонье было коротким, а мы затеяли реконструкцию состава и игры. Большая группа наших футболистов выступала на Euro-2012. Другие тоже находились в составе своих сборных. Появились новички, но Расмус Эльм пришел уже после старта чемпионата, а Мариу Фернандес пропустил последний тренировочный сбор. Важно и то, что наигрывали новую тактическую схему. Многие не видят разницы, но она принципиально отличается от той, что мы использовали в прошлом. Да, другие команды тоже делегировали немало игроков на Euro. Тот же «Зенит», например. Но питерцы сыгранны. И никаких принципиальных тактических изменений у них в отличие от нас во время сборов не было.

Таким образом, летом перед нами стоял целый комплекс задач. Привести в единое состояние всех футболистов — раз. Отработать новую схему — два. Вписать в игру новичков — три. А попутно активно заниматься селекцией, которая не окончена до сих пор, ведь мы по-прежнему нуждаемся в нападающем. Я понимал: какое-то время нас в любом случае будет «колбасить». Это ни в коем случае не оправдание. Просто факт.

Дальше начался чемпионат. Многое в наших атакующих действиях зависело от четверки Тошич — Хонда — Дзагоев — Думбья. Однако в оптимальном варианте мы не провели ни одной игры, кроме первого тура. В Перми не было Тошича. Против «Зенита» не играл удаленный Дзагоев, а Думбья находился на поле один тайм, но из-за болей в спине его, можно сказать, и не было.

Несмотря на три победы подряд, я не считаю, что команда уже притерлась. Допустим, Эльм — ключевая фигура в построении игры ЦСКА — в составе всего пару недель и в Швеции провел всего лишь третий матч.

— После «Амкара» и «Зенита» в прессе вас опять стали «хоронить». У вас вообще выработалась какая-то защитная реакция на атаки СМИ?

— Один близкий друг мне сказал однажды: «У каждого человека есть карма, есть в этой жизни своя роль». Так вот: моя роль, объяснил он, — быть объектом критики независимо от результата. Станем побеждать — люди скажут, что все благодаря игрокам и убойной селекции. Начнем проигрывать — все шишки посыплются на меня. Эта карма преследует меня еще со времен работы в «Олимпии»… А еще друг добавил: «Работай ты даже не тренером, а библиотекарем, ничего бы не изменилось». На протяжении всей карьеры меня преследуют штампы. Возможно ли окончательно свыкнуться? Нет. Как, к примеру, нельзя привыкнуть к поражениям. И все же я готов к тому, что критика будет сопровождать меня всю жизнь. Заслуженная или не очень.

ФОРВАРДЫ И ТРАВМЫ

— Переход Матиаса Суареса в ЦСКА считался делом решенным. Он уже простился с «Андерлехтом» и поприветствовал новую команду. И вдруг все срывается: у игрока обнаружена травма. Как вы восприняли ситуацию?

— Очень болезненно. Мы даже стали грустно шутить, что футболисты ломаются уже не только в нашей команде, но и до перехода или возвращения в нее, как Суарес или Нецид. Почти как в «Кавказской пленнице»: «А часовню тоже я развалил? Нет, это было до вас, в XIV веке». Самое обидное, что все шло как по маслу. Фернандес, Эльм и Суарес были первыми номерами в наших списках желанных приобретений по позициям. Давно не удавалось настолько здорово провести селекцию! Но, к сожалению, уже готовая сделка по Суаресу сорвалась по медицинским показаниям. И все же это лучше, чем взять игрока за приличную сумму и получить человека, который будет находиться в лазарете.

— А что именно так привлекло вас в Суаресе?

— Он многофункциональный нападающий. Способен в одиночку решить исход эпизода и в то же время отлично взаимодействует с партнерами. Одним словом, очень хороший игрок.

— Вы сейчас ищете форварда, чтобы приобрести или взять в аренду?

— Рассматриваем различные варианты.

— Возвращение к покупке Суареса возможно?

— Наверное, да. Но многое будет зависеть от состояния его здоровья. Насколько я знаю, Суарес выбыл минимум на три месяца. Так что в любом случае — не раньше зимы.

— Как дела у Нецида? В какой стадии лечение?

— У Томаша второй разрыв крестообразных связок за год… Ориентировочный срок восстановления — девять месяцев. Но, учитывая, что речь о повторной травме, все очень относительно. Можно только гадать, раньше он поправится или позже. Пока же Томаш только-только отставил в сторону костыли. Сейчас он в Чехии. Процесс его реабилитации, скажем так, в стадии зародыша.

— Думбья и его травма позвоночника. Какие новости?

— Месяц Сейду пропустит точно. А дальше трудно сказать. На определенном этапе будем пробовать, готов ли он играть. Когда я его вижу на базе, у меня вообще складывается ощущение, что он уже сейчас в порядке, настолько бодро человек выглядит. Дело в том, что боли в спине у Думбья возникают только при больших нагрузках. Сейду обследовали и в Швейцарии, и в Германии. И каких-то огромных проблем не выявили. Он прошел необходимые процедуры. Теперь нужна пауза, чтобы восстановить перегруженный позвонок.

СМОЛОВ, СЕРДЕРОВ И ЛИМИТ

— Почему не удалось приобрести Федора Смолова? Он говорил, что наряду с «Анжи» имел приглашение из ЦСКА.

— В то время еще не сорвался переход Суареса. Думбья был здоров. Муса, мы понимали, тоже способен сыграть на острие. И брать в аренду — подчеркиваю, в аренду! — молодого игрока, который мог не получить много игрового времени… Руководители посчитали такой шаг неоправданным.

— И с Сердеровым расстались. Понятно, что он молодой, и все же…

— Сердер не был игроком основного состава. Его перспективы зависели от тренеров дубля. А Сердеров и там не выходил в старте.

— Он считает, что к нему относились предвзято.

— Мне сложно судить. К нам он приходил от случая к случаю и основную нагрузку получал в дубле. Люди, которые знали его лучше и дольше меня, вероятно, перспектив не видели. Насколько это оправданно, покажет время.

— Не смущает, что ЦСКА не покупает россиян? Лимит смягчили, но отменять-то его никто не отменял.

— В нынешнем формате на нас лимит никак не давит. У нас всего один легионер-защитник и только русские вратари. Так что четырех человек мы выставим при любых раскладах. А во-вторых, мы приценивались и вели переговоры по россиянам, но…

— Цены безумные?

— Трансферная стоимость игрока из клуба второй восьмерки была в два раза выше, чем, к примеру, у Эльма (по нашим данным, швед обошелся примерно в 6 миллионов евро. — Прим. «СЭ»).

— Фантастика.

— Ну да. И когда люди говорят о плюсах лимита, я их, если честно, не понимаю. Нам было сложно пополняться россиянами, потому что деньги на трансферы наш клуб традиционно тратит разумно. И не переплачивает.

ХОНДА, ЦАУНЯ И ЭЛЬМ

— Давайте о тех, кто есть в вашем распоряжении. Вот Хонда. Уживутся они с Эльмом в одной берлоге? Разве эти двое, ведущие игру, во многом не дублируют друг друга?

— Да совершенно не дублируют!

— Объясните, почему.

— У Эльма главный плюс в том, что он играет глубоко за линией мяча. Расмус владеет передачами любого уровня: длинными, средними, короткими. Он здорово чувствует ритм игры: когда надо ускорить, когда подержать мяч, когда отдать его защитникам, когда заработать на себе фол. Хонда работает в другой фазе. Назовем ее развитием и завершением атакующих действий. Японец должен получать мячи между линиями и выполнять последние передачи. А с появлением Эльма ему больше не нужно отходить в глубину поля, чтобы развивать атаку оттуда. Теперь ему проще, он может сконцентрироваться на завершении. И заметьте: у Хонды сразу появилась конкретика в каждой игре! То гол, то голевой пас.

— Что, кстати, произошло с Хондой? Первое на моей памяти межсезонье, когда японец не канючит, а его агент не требует продать клиента в Англию. У Хонды пропал интерес к отъезду, он обрусел или что?

— У меня своя версия есть, но она не для печати.

— Хорошо. Тогда — Цауня. Когда и почему появилась идея переучить крайнего хавбека на опорника?

— Перед началом сезона стало понятно, что нескольких игроков опорной зоны необходимо менять. Мы приняли решение расстаться с футболистами этого амплуа Шемберасом и Алдониным. Рахимич тоже появляется на поле все реже (в последний раз — 7 апреля, когда босниец вышел на замену на последней минуте матча с «Анжи». — Прим. «СЭ»). Не было ясности, купим или не купим Эльма. Требовались люди. Тогда и возник вариант с переводом Цауни в центральную зону. Никогда не сомневался в его способностях. Все при нем: и понимание игры, и объем работы, и базовая техника, причем двумя ногами, и хорошее ведение единоборств. Однако выиграть сейчас конкуренцию у Тошича и Дзагоева для него нереально. По своим качествам он подходил под модель опорного хавбека. Поэтому в межсезонье мы активно наигрывали Цауню и Нетфуллина.

Тем не менее к обоим есть вопросы, и я по-прежнему считаю, что у нас позиции опорников относительно слабы. И жду гораздо более быстрого прогресса от того же Цауни.

МАМАЕВ И ДЗАГОЕВ

— Что происходит с Мамаевым?

— Ничего не происходит. Такое бывает. На данном этапе мы рассчитываем на других. Мамаев, вы видели, тренируется с командой. Но конкуренцию проигрывает. Может быть, через некоторое время что-то изменится. Мамаев умеет играть, спорить с этим никто не собирается. Но нас не все устраивало.

— Есть ощущение, что дело не только в спорте. Может, в поведении Павла?

— Я руковожу профессиональной командой. И если человек дает результат, то стану с ним работать, будь он хоть черт лысый. Так что дело вовсе не в поведении.

— Есть вероятность того, что до закрытия трансферного окна Мамаев покинет ЦСКА?

— Не знаю. Вопрос не ко мне. У меня нет категоричной позиции по поводу Мамаева — в противном случае он работал бы с дублем. Раньше ему предоставлялось игровое время, и немало. Теперь его получили другие. Нормальное явление в спорте.

— Как сам Павел реагирует? Видно, что он сильно переживает.

— А как иначе? Когда футболист не играет, для него это серьезная проблема.

— О Дзагоеве. Как на него повлияли два события: яркое выступление на Euro-2012, после которого он из молодого да раннего превратился в лидера сборной, и свадьба? Обычно такие вещи меняют людей. Вот вы увидели другого Дзагоева?

— Нет. Каким он был, таким и остался. Разве что одна деталь, которую я, впрочем, подмечал и до чемпионата Европы. В клубе Алан играет с большим кредитом доверия, чем в сборной.

— Поясните.

— Может отдавать рискованные передачи в тех случаях, когда в сборной сыграл бы попроще, да понадежнее. Дзагоев в клубе достиг того уровня, когда имеет право так поступать. Потому что иные, когда рискуют без должной репутации и мастерства, могут быстренько сесть на лавку. А у Дзагоева право на ошибку есть. Но в клубе он по-прежнему чувствует себя более комфортно. Хотя и в сборной все ближе к этому статусу.

— Вы были на свадьбе Алана. Как вам она?

— Необычно.

— Вы в первый раз на кавказской свадьбе?

— Да.

— Что запомнилось?

— Она другая совсем. Обычно свадьба организуется для молодых. Соответствующим образом выбирают тамаду, шутки, музыку. А на Кавказе, как я понял, свадьба — не для невесты и жениха, а для родителей, родственников, старейшин рода. Главное — их уважить. Отсюда и стилистика мероприятия.

EURO-2012

— Несколько раз в разговоре мы упомянули чемпионат Европы. Хочется узнать ваше мнение о выступлении сборной России.

— Двадцать сантиметров правее — и темы «Огромные проблемы нашей сборной» не существовало бы в природе. Российская команда на протяжении всего турнира играла качественно. К сожалению, я присутствовал на стадионе только на первом матче, во Вроцлаве с чехами. Вышел с арены потрясенный. Не помню, чтобы наша сборная имела настолько глобальное преимущество над весьма серьезным соперником, да еще и в финальной стадии крупного турнира! И когда сейчас люди рассуждают о проблемах… От греков пропустили нелепый, не вытекавший из хода встречи гол. Не случись его, сейчас мы говорили бы о достойном выступлении команды на Euro. А теперь можно всех поливать грязью и мешать в одну кучу. Тем более что у многих, судя по всему, есть сильное желание так поступать.

— Вас шокировало, что Акинфеев на Euro-2012 не провел ни минуты?

— Я бы переформулировал вопрос. Когда против чехов вышел Малафеев, я понял, что именно Слава отыграет весь чемпионат. Чтобы вратарь поменялся по ходу турнира вроде Euro, он должен сверхъестественно начудить. Вячеслав же — стабильный голкипер высочайшего класса, и подобные ляпы — не про него. Что же касается выбора… Малафеев провел первенство России блестяще и Euro-2012 тоже отыграл очень удачно. Но, при всем огромном моем уважении к Славе, Акинфеев — он такой один. Есть множество хороших вратарей. Но Акинфеев — тот случай, когда сравнения невозможны. Он выделяется независимо от того, после травмы играет или не после. При этом, повторяю, я очень ценю и уважаю Малафеева.

— Какая сборная вам больше всего понравилась?

— Немцы.

— Неожиданно.

— Германия, на мой взгляд, показала самый современный футбол. Безусловно, испанцы были сильнее всех. Но, пожалуй, играть вот так могут только две команды — «Барселона» и сборная Испании, где большинство — как раз каталонцы. Для подавляющего числа команд такой стиль не подходит. Когда мы говорим: «Чемпион Европы — законодатель мод», — это верно. Но чтобы играть, как они, нужно иметь определенный подбор людей.

Зато действовать, как немцы — с высоким прессингом, с быстрой позиционной атакой, — способны многие. Это оптимальный вектор развития. Хотя немало тренеров пытаются ставить игру а-ля «Барселона». Только это едва ли реально.

— Какой матч приглянулся из тех, что видели?

— Я смотрел все. Даже не знаю, что назвать.

— Игру Англия — Италия обычно отмечают.

— Да, да! Очень хороший поединок. Но с совсем уж большим преимуществом итальянцев. Все-таки какой-то один матч я выделить не смогу. Тем более что результат очень часто зависел от количества дней на восстановление и от текущего функционального состояния. Испания имеет на один день меньше и проводит тяжелейшую встречу с Португалией, которую вытаскивает на зубах. А выходит в финал, имея лишний день — и побеждает Италию «в одну калитку». А вот Германия, оказавшись в той же ситуации, что испанцы, вытянуть матч, к сожалению, не смогла.

— Почему невзрачно выглядел на чемпионате Европы Эльм?

— А потому, что сборная Швеции играет по принципу: «Отдайте мяч Златану в любой точке футбольного поля». Остальные десять футболистов призваны обслуживать Ибрагимовича. Так что способности Эльма как «плеймейкера из глубины», по существу, остались не востребованы. Задачей Расмуса было не развивать атаки, а кратчайшим путем доставлять мяч Ибрагимовичу. Поэтому никто, за исключением защитников, себя не проявил. При этом спору нет: Ибрагимович — суперзвезда мирового масштаба.

ВСТРЕЧА С КАПЕЛЛО

— Как восприняли назначение Фабио Капелло главным тренером сборной России?

— Как данность.

— Вы знакомы?

— Прежде не были. Теперь познакомились. Он приходил на матч ЦСКА — «Зенит». Перед игрой пообщались минут десять.

— О чем шел разговор?

— Капелло сказал, что планирует посещать много наших матчей, что рассчитывает на большую группу футболистов ЦСКА и надеется на систематическое общение. Я ответил: «Всегда «за», всегда готов. Понадобится помощь — обращайтесь».

— Можете обрисовать фирменный стиль команд дона Фабио?

— Капелло всегда одинаковый, а команды разные. «Реал» никогда не станет похож на «Милан», а сборная Англии — на любую другую национальную команду. Думаю, и наша сборная не заиграет под руководством Капелло, как «Милан» или «Рома». Тренер определит оптимальный стиль и состав. А искать сходства — бесполезное занятие.

— Вызов Щенникова в сборную — долгожданное событие для него и для многих. Такие вещи обычно окрыляют. Как отреагировали на это он сам, вы и коллектив?

— Жора — скромный молодой человек. В команде над молодыми частенько подшучивают, и вряд ли кто-то всерьез обсуждал тему его вызова. Я же рад, что он получил приглашение. Хотя уверен: чтобы стать полноценным футболистом сборной, ему надо продолжать очень много трудиться. Пока его вызов — в большей степени аванс, нежели показатель стабильности.

РАССТАВАНИЯ

— И напоследок — о грустном. Тяжело было расставаться с Шемберасом и Алдониным?

— Я сказал обоим: «Очень сожалею, что момент расставания пришелся на время моей работы в ЦСКА». Увы, именно мне пришлось объявить: «Большое вам спасибо, но дальше мы идем разными дорогами». Это всегда неприятно и тяжело. Самое, наверное, трудное в работе тренера — говорить подобные вещи людям, к которым чисто по-человечески относишься отлично и которые на протяжении долгих лет приносили огромную пользу команде. Еще раз благодарю их за то, что восприняли ситуацию философски и вошли в положение клуба. Речь не о том, что они устраивают или не устраивают, что они лучше или хуже Нетфуллина. Просто у ЦСКА сменились принципы развития. По сути, в составе остался только один игрок старше 30 — Игнашевич. А Сергей, при всем уважении к Дейвидасу и Евгению, находится в несколько ином статусе. Теперь мы делаем ставку на других людей. Которые, хочу надеяться, отыграют за ЦСКА не меньше, чем в свое время Шемберас и Алдонин.

www.sport-express.ru