Три «Почему» к главному арбитру

В среду подмосковный арбитр Станислав Сухина проводил второй официальный матч в сезоне: впервые после операции он вышел на поле 15 апреля судить игру первого дивизиона «Мордовия» — «Торпедо» Вл. Встреча в Санкт-Петербурге, как и в прошлом году, вызвала ряд вопросов к арбитрам.

Если не считать некоторых решений, связанных с вынесением дисциплинарных санкций и неназначением углового удара, в первый раз недоумение действия Сухины вызвали на 40-й минуте, когда в ходе атаки, завершившейся голом ЦСКА, произошел контакт мяча и руки Думбья. Сразу несколько футболистов «Зенита» сигнализировали рефери о случившемся. Момент, как принято говорить, был «открытым» для Сухины — обзор ему никто не перекрывал, — тем не менее нарушения правил он не определил. В отличие от эпизодов на 66-й и 84-й минутах, когда фиксировал игру рукой у Кержакова и Зырянова.

После пропущенного гола зенитовцы ввели мяч в игру. В этом моменте возник второй вопрос к арбитру: почему он не потребовал повторить удар? Ведь в центральном круге в это время располагался Вагнер Лав. Напомню, что в соответствии с правилом 8 «Начало и возобновление игры» соперники команды, выполняющей начальный удар, должны находиться на расстоянии не ближе 9,15 метра от мяча, пока он не введен в игру, то есть пока по нему не нанесен удар и он не движется вперед. Данное условие соблюдено не было. Значит, в соответствии с тем же восьмым правилом начальный удар следовало повторить.

В третий раз Сухина привлек к себе внимание во втором тайме, верно назначив 11-метровый удар в ворота «Зенита» и ошибочно засчитав гол Игнашевича. Почему ошибочно? Потому что до удара Игнашевича в штрафную площадь вбежали игроки обеих команд. В соответствии с правилом 14 «11-метровый удар» пенальти следовало повторить. Схожая ситуация в играх с участием красно-синих уже возникала — в 1-м туре, когда ЦСКА принимал «Амкар». Тогда Вячеслав Попов правильно потребовал повторить пенальти, но в третий раз заставить игрока ЦСКА подойти к 11-метровой отметке не решился. К слову, и Попов, и Сухина совершали одну и ту же ошибку, располагаясь не на расстоянии метр-полтора от линии штрафной, как это рекомендуется, а «глубже» — метрах в трех-четырех. Отсюда и трудности с определением «заступа».

Дважды во втором тайме грубо ошибся судья-помощник Михаил Еровенко. На 78-й минуте он усмотрел положение «вне игры» у одного из футболистов «Зенита», когда пас назад сделал игрок ЦСКА. К счастью, Сухина поступил верно и матч продолжил. На 90+2-й минуте краснодарский ассистент, занявший неправильную позицию, вновь ошибочно зафиксировал положение «вне игры» у футболиста «Зенита», хотя тот в момент паса не находился за линией офсайда.

Вопросы, связанные с трактовкой правил, после кубковых матчей возникли не только к Сухине. Например, стало очевидным, что наши арбитры по-разному интерпретируют эпизоды, когда происходит контакт мяча и руки футболиста. Достаточно сравнить решения Алексея Еськова в игре «Зенит» — «Анжи» и Михаила Вилкова во встрече «Кубань» — «Ростов», а также вердикты Вячеслава Попова в поединке «Крылья Советов» — «Локомотив» и Игоря Егорова в кубковом матче «Спартак» — «Краснодар». Также непонятно, почему в среду нижегородский рефери на 84-й минуте не зафиксировал фол на Шешукове, после чего краснодарцы забили гол, а спартаковский защитник заработал второе предупреждение за споры с судьей.

www.sport-express.ru